дискуссионно-аналитический православный сайт
Имя или номер ( регистрация ):
Пароль ( забыли пароль? ):

Победа ленинизма в Китае – духовные корни. 2 часть

0
Администратор
3 августа 2016 в 22:23 2065 просмотров

Победа ленинизма в Китае – духовные корни

(продолжение, часть II, начало здесь)

Александр Махотин

VI. Социализм в Древнем Китае.

Мiровоззрение древнего Китая нашло естественное отражение и во взгляде на власть, который постепенно выработался в этой цивилизации. Атеистическое плоское «классовое» представление об истории, что, дескать, нехорошее меньшинство в древности навязывало свою власть хорошему и трудолюбивому большинству, чтобы затем его эксплуатировать – по трезвом разсуждении не выдерживает никакой критики.

Сам по себе этот подход – часть ложного «полуэволюционного» взгляда на человека прогрессистской прагматической школы, полагающей, что раньше человек был, дескать, глупым, а теперь – стал умным, т.к. ушёл дальше от обезьянки. Даже немного познакомившись с древней китайской мыслью, непросвещённой светом Божественного Откровения, мы видим, что её глубина не только не уступает современной «постхристианской» философии мысли, но и во многом, по внутренней глубине и честности поиска в той тьме, в которой она тогда пребывала, – безусловно превосходит её.

Форма власти в древнем мiре во много большей степени, чем теперь, могла установиться и сохраняться лишь при безусловном согласии с нею большинства населения той или иной страны или племени. И зависело это, разумеется, именно от религиозного восприятия мiра, установившегойся в данной цивилизации – и ни от чего больше. Хотя, применительно к Китаю, вернее говорить о мiровоззренческой концепции. Насилие власти, как мы увидим далее, конечно тоже существовало – но оно могло лишь иначе структуризировать общество и вводить некие свои нюансы. Проще говоря – власть могла подправлять направление всей совокупности общественных форм, но вовсе не менять их полностью по своему произволу. Этого бы ей не позволил никто.

И здесь мы видим вещь поразительную. Выясняется, что древний мiр уже имел в своих социальных формах то, что мы теперь называем такой «общественной формацией» как социализм. И имелся этот «социализм» как раз в тех цивилизациях «пентаграммы», у Шумер, в Древнем Египте и в Древнем Китае, которые по своему религиозному видению мiра уклонились от Истины в богоборчество наиболее глубоко и в которых особенно была развита магия.

Интересно то, что это изследователям политэкономии было хорошо известно, в том числе и Марксу с Энгельсом. Они, наряду с другими упомянутыми ими «общественными формациями», называли ещё одну, довольно неопределённо именуя её «азиатской», или «азиатским способом производства». Эти термины встречаются в переписке Маркса и Энгельса, в работе «Британское владычество в Индии» и в предисловии «К критике политической экономики». Особенно отчётливо Маркс говорит об «азиатской» формации в рукописи, не предназначавшейся для публикации. Работа называлась: «Формы, предшествующие капиталистическому производству». В качестве определяющего принципа для такой формы классики указывали отсутствие частной собственности на землю и факт собственности на всю землю государя ­правителя.

Нынешняя всем нам знакомая концепция «истмата» – «исторического материализма», с маниакальной настойчивостью вдалбливавшаяся в головы всех советских учеников любого уровня, вплоть до кулинарного техникума, учила, что исторический путь человечества складывается из пяти ступеней, где четыре формации последовательно сменяли друг друга, приуготовляя неизбежное и торжественное пришествие пятой. Это была жёсткая формула в клетку, наложенная на всё «изучение» истории, которая не допускала ни малейшего отклонения от своего вульгарного материализма. Каждый советский человек, кончивший хотя бы школу, должен был знать эту агитпроповскую таблицу умножения: первобытнообщинный строй, рабовладельческий, феодальный, буржуазный и, наконец, «светлое будущее» – коммунизм, как венец развития человечества.

«Собственно говоря, ничего удивительного в том, что <…> впоследствии, по выходе в свет первого тома «Капитала», апостол Коммунизма совершенно перестаёт упоминать о формациях «азиатского способа производства». – Иначе весь марксизм оказывался бы изначально устремлённым, так сказать, «назад, в будущее». Маркс, как и его единомышленники, был глубоко порочным человеком, но, как и его единомышленники, отнюдь не глупцом. – И Маркс перестал говорить об «азиатской формации», зато «Коммунизм» – идеал светлого будущего заслонил собой все скользкие и проблемные вопросы в теории социализма, потому что в эволюционной, линейной исторической схеме прогресса Коммунизм – это то, что будет; то, чего якобы никогда не было»[1].

Современный отечественный изследователь Н.П. Ставров в трёхтомнике «Вторая Мировая – Великая Отечественная» (к сожалению пока малоизвестном) подробно пишет, как проходила в ВКП(б)-КПСС борьба за искоренение из советского марксизма даже самой памяти об этой пресловутой «азиатской формации» (т. III, стр. 408-421).

А вот что автор пишет в своём труде о разсматриваемом нами вопросе:

«Изучение древнейших форм Социализма необходимо – отнюдь не из праздного любопытства, но дабы лучше понять то, что происходит ныне, и причём повсеместно. С этой точки зрения история Китая представляет собой исключительно интересный пример того, как на громадном промежутке времени от древности до современных дней – в разнообразных формах проявляются социалистические принципы устройства государственной и общественной жизни. Речь пойдёт прежде всего о периоде китайской истории, занимающем тысячелетие: между XIII и III веками до Рождества Христова.

Вся земля и люди были собственностью верховного правителя. Важнейшие аспекты жизнедеятельности населения находились в ведении императора: его власть осуществлялась посредством управлений – своего рода министерств, из которых три были главными. Это управление земледелия, или изобилия, управление войны и управление общественных работ. Частная жизнь крестьян в значительной мере регламентировалась государством. Например, в книге «Чжоу-чуань» говорится: «Приказано мужчинам тридцати лет жениться, девушкам двадцати лет выйти замуж. Это значит, что срок женитьбы мужчины и женщины не может быть отсрочен». Но полноценный брак существовал только для аристократии, имея религиозный, культовый смысл. Простолюдины не составляли родов, и их семьи не имели в глазах общества религиозного статуса, что нашло отражение в терминах: для аристократии – «брак», для простонародья – «соединение».

Учение Конфуция дало мощный импульс культуре Древнего Китая, провозгласив главным принципом антропоцентризм и основной целью человека – нравственное совершенствование личности. Эта эпоха стала временем быстрого культурного и материального развития Китая. Была унифицирована письменность, увеличилось число городов, появилась целая сеть каналов, соединивших все царства Китая. Почти все орудия труда изготавливались из железа. Но довольно скоро проявилась мощная тенденция: более высокий интеллектуальный и технический уровень был использован для создания строго централизованного общества, в котором личность ещё более, чем до того, оказалась подчинена контролю государства. Американский учёный-синолог Г. Франкфорт, автор исследования «The birht of civilization in the Near East» (N.-Y., 1956), установил, что Древний Китай не представляет в этом исключения: первые государства в Месопотамии и Египте возникли аналогичным образом.

К середине IV века до нашей эры в Китае исключительное значение приобретает учение и законодательство Шан Яна – правителя области Шан. Согласно этому учению, изложенному в «Книге правителя области Шан», две силы определяют жизнь общества. Одна сила – государство, его олицетворяет правитель: цель – абсолютная власть. Другая сила – народ. Обе силы, по этой философско-социологической концепции, принципиально враждебны друг другу. А посему учение Шан Яна гласит: «Когда народ слаб – государство сильное; когда государство сильное – народ слаб. Поэтому государство, идущее истинным путём, стремится ослабить народ».

Правитель Шан Ян

Не лишним будет заметить, что в учении Шан Яна существовал целый раздел, который так и назывался: «Как ослабить народ». Учение твёрдо определяло для высшей государственной власти необходимость отказа от принципов человеколюбия и справедливости в отношении к собственному народу, которым возможно успешно управлять только как потенциальными преступниками, апеллируя лишь к страху и выгоде.

К числу основополагающих законоустановлений Шан Яна относятся следующие:

«В государстве, где добродетельными управляют словно порочными, воцарится порядок, и оно станет сильным.

Когда люди извлекают выгоду из того, как их используют, – их можно заставить делать всё, что угодно.

Если управлять людьми как добродетельными то они будут любить своих близких; если управлять людьми как порочными – они полюбят порядок.

Сплочённость людей и взаимная поддержка проистекают оттого, что ими управляют как добродетельными; разобщённость людей и взаимная слежка проистекают оттого, что ими управляют как порочными.

Правитель должен издать закон о взаимной слежке: должен издать указ о том, чтобы люди друг друга исправляли – то есть следили и доносили».

Древний Китай жил по этим принципам тысячелетия, – об этом говорит само название страны: «Китай», «China» – есть производное от «Син», или «Цинь» – так как правитель династии Цинь, объединив разрозненные царства, боровшиеся между собой, создал единую империю. Правитель Цинь, продолжатель дела Шан Яна, вошёл в историю как Цинь Шихуанди, усвоив себе титул «хуанди», составляемый из иероглифов, прежде обозначавших только божества и мифических героев.

Парадоксально, но правитель области Шан говорит о том же, что и Платон в своём трактате «Государство», причём фактически в тот же самый период мировой истории. Их мысли тождественны даже в терминологии. Так, Шан Ян, как и Платон, отождествляя «Единое» с идеей блага, учил о воплощении принципа «Единого», или «унификации»: «Государство, добившееся унификации хотя бы на один год, будет могущественно десять лет; государство, добившееся унификации на десять лет, будет могущественно сто лет; государство, добившееся унификации на сто лет, будет могущественно тысячу лет и добьётся владычества в Поднебесной!»

Не правда ли, все эти предписания мудрецов древности видятся чрезвычайно современными? В ХХ веке борьбу с социализмом возглавляли США... Но почему на гербе этого государства мы обнаруживаем девиз социалистов всех времён и народов: американский орёл, изображённый на гербе и долларе, держит в клюве ленту с надписью: «е(х) pluribus unum» – «из множества единое»? Это – философская формула, одинаково точно отражающая философию Шан Яна и мировоззренческую модель устроения общества (и устройства мира), нарисованную Платоном. Это – мировоззренческая, религиозная парадигма бытия, коренящаяся в противлении Богу тех, кто с предельной лаконичностью, бесстрастно именуются в Библии «людьми, все мысли и помышления сердец которых были зло», приступившими к возведению башни до небес.

Законодательство Шан Яна определяло: «Необходимо довести народ до такого состояния, чтобы он страдал из-за того, что не занимается Единым, и чтобы он пребывал в страхе, оттого что не воюет». Для достижения этой цели законодательство Шан Яна предписывало властям подавлять все занятия, не способствовавших осуществлению принципов «Единого». В качестве одной из главных мер рекомендовалось резко увеличить пошлины, чтобы сделать любую частную торговлю невыгодной.»[2]

Здесь надо сказать, что Шан Ян вводил и иные, вполне знакомые нам «социалистические» методы. Так, группы из пяти и десяти семей, были связаны круговой порукой. В случае вины одного – все члены группы становились государственными рабами. Массовым видом наказания стало порабощение властью всех членов семьи преступника в трёх поколениях и семей, связанных между собою круговой порукой. При этом в рабство обращались целые деревни и округа. А особо тяжёлые преступления карались казнью не только виновного, но и всех его родственников в трёх поколениях.

Это было прямым исполнением законов Шан Яна: «Поэтому там, где людей сурово карают за мелкие [проступки], проступки исчезают, а тяжким [преступлениям] просто неоткуда взяться. Это и называется управлять людьми, когда в стране уже есть порядок».

Налог со сбора урожая был заменён налогом с земельного участка семьи. Так казна получала постоянный доход уже независимо от урожая и любых стихийных или социальных бедствий, которых всегда хватало. Интересно, что для большего выдавливания налогов в 350 году до Р.Х. Шан Яном был издан указ, запрещающий отцам, сыновьям и братьям жить в одном доме. Это было и способом более решительного наступления на аристократию, разрушая родственные связи. Его законы о рабах создали в империи Цинь дополнительный резерв рабочей силы, необходимый для строительства колоссальных каналов и иных общественных работ, которые в ту эпоху, необходимо признать, были совершенно гигантскими.

Великая китайская стена

В армии им была установлена строжайшая дисциплина, также основанная на круговой поруке солдат. Он ввёл кавалерию, отменив колесницы, тем ослабив традиционное значение военной знати. Только военные, обладатели высших из 20 рангов, считались полноправными свободными гражданами, порабощать которых запрещал закон. Позже, однако, и эти ранги стали объектом купли-продажи. Собственно его конфликт со старой аристократией, которая была в результате его реформ лишена привилегий и отстранена от власти, и привёл к тому, что в итоге Шан Ян был казнён (Ин Сы, преемник Сяо-гуна, приказал разорвать его повозками на части). Но система им построенная осталась в силе.

Стоит добавить, что в тот период (V-III вв. до Р.Х.) Китай был чрезвычайно плотно заселённой страной, с быстро растущим городским и ремесленным населением. В «Ши цзи» Сыма Цяня приводится красочное описание столицы царства Ци: «На улицах Линьцзы сталкиваются повозки, нагруженные зерном, люди задевают плечами друг друга». Или, что в столице царства Чу – Яньине, люди не могли спокойно пройти по улицам: «...новое платье, надетое утром, к вечеру непременно рвалось». Т.ч. пусть нас не удивляет масштаб цифр, приводимый далее автором:

«Но есть ещё одно место в законодательстве правителя Шан, чрезвычайно важное для понимания происходившего в Китае в ту эпоху. Закон гласил: все экономические и политические меры не могут увенчаться успехом, если не будут уничтожены «вши». Что же в собрании законов Древнего Китая именовалось «вшами»? – Это «человеколюбие, почитание родителей, бескорыстие, ум, красноречие, добродетельность, знание, талант, учение...» Итак, существование этих, так сказать, «паразитов-вшей» являлось основным препятствием для достижения «Единого» и построения совершенного государства.

Закон гласил:

«Если в государстве есть десять паразитов (т.е. "вшей" – Н.С.), – правитель не сможет найти ни одного человека, которого он мог бы использовать.

Если знания поощряются, – невозможно управлять страной.

Если ценятся умные и на государственную службу привлекаются учёные, – народ невозможно будет вовлечь в войну».

Увы! Предписанные меры не выполнялись по всей строгости. Шан Ян сетовал: «Изменился народ... Он пристрастился к учению, занялся торговлей, начал овладевать ремёслами... Если события станут развиваться подобным образом, то недалёк час гибели страны!»

Если суммировать принципы законодательства Шан Яна суть будет выражена одной из конечных сентенций этого уложения, и в наши дни звучащей лапидарно и откровенно: «Когда народ глуп, им легко управлять».

Законы Шан Яна не были отменены и после его смерти. В III веке до нашей эры наступила эпоха Империи Цинь – Китай был объединён, а в государстве с ещё большей последовательностью и в ещё большем масштабе воплощались в жизнь социалистические идеи законодательства правителя Шан. В Империи Цинь, жившей по законам Социализма, народ порой высказывал недовольство, однако всякое несогласие жестоко подавлялось. Так, во время правления императора Цинь Ши-хуана на камне кем-то из жителей была высечена надпись: «Когда император Цинь Ши-хуан умрёт, земля будет разделена крестьянами». Виновного так и не нашли, камень был стёрт в порошок, а все окрестные жители казнены.

В эпоху Империи Цинь в Китае осуществлялись грандиозные строительные работы. Именно в этот период были построены императорские дороги, пересекавшие страну из конца в конец. Ширина дорог составляла 50 шагов; посредине, на возвышении, шла другая дорога, предназначенная только для императора. В окрестностях столицы было возведено 270 дворцов. Историческая хроника тех лет отмечает, что на строительстве лишь одного из этих дворцов было занято 700 000 человек. Предпринимались переселения значительных людских масс. История Империи Цинь упоминает о переселениях тридцати, пятидесяти, ста двадцати тысяч семей.

Одно из наиболее известных событий царствования Цинь Ши-хуана – это сожжение книг, предпринятое с целью подавить независимую от государственной идеологии мысль и истребить исторические источники, трактующие события прошлого отлично от того, что возвещали официальные инстанции. Деятельным сподвижником императора в этом деле был его первый советник Ли Сы, который составил проект императорского декрета. Вот что в нём говорилось: «Ныне Ваше Величество совершили великие дела, слава о которых будет распространяться среди десяти тысяч поколений. Этого, конечно, глупым учёным не понять. Ныне, когда Вы, Император, объединили страну, различаете чёрное от белого и установили единство, они чтут свою науку и общаются с людьми, отрицающими законы. Когда учёные узнают об эдикте – обсуждают его! Если этого не запретить, тогда наверху положение правителя ухудшится, а внизу усилятся [партии]. Полезно запретить».

Жертвами тотальных преследований оказались не только книги: по приказу императора 460 конфуцианских учёных были живыми закопаны в землю и множество осмелившихся размышлять о происходившем в стране подверглись ссылке.

Император Цинь Ши-хуан

Может быть, всё упомянутое представляет собой дела давно минувших дней, свидетельства эпохи, навсегда ушедшей в прошлое?

В 1958 году Мао Цзе-дун на втором пленуме ЦК КПК десятого созыва произнёс свою программную речь: «Цинь Ши-хуан издал приказ, который гласил: "Кто ради древности отвергает современное, род того будет искоренён до третьего колена". Если ты привержен к старине, не признаёшь нового, то вырежут всю твою семью. Цинь Ши-хуан закопал живьём всего только 460 конфуцианцев. Однако ему далеко до нас. Мы во время чистки расправлялись с десятками тысяч. Мы поступили как десять Цинь Ши-хуанов! Я утверждаю, что мы почище Цинь Ши-хуана. Тот закопал 460 человек, а мы 46 000, в сто раз больше! Ведь убить, а потом вырыть могилу, закопать – это тоже означает закопать живьём! Нас ругают, называют циньшихуанами. Мы всё это признаём и считаем, что ещё мало сделали в этом отношении, можно сделать ещё больше! (Аплодисменты, овация.)…»[3]

Здесь же, в эпохе Цинь, лежит и решение «национального вопроса», полностью воспроизведённого позже Великим Кормчим Мао. Цинь Ши-хуан захватив почти все царства древнего Китая, распространил на всю империю свои порядки, установленные Шан Яном примерно веком ранее. Страна, не считаясь с традиционным делением на царства, была разделена на 40 областей, а области – на округа (сяни). Населению запрещалось именовать себя вэйцами, яньцами, циньцами, чусцами и т.п. Было введено обязательное для всех (знатных и простолюдинов) единое обозначение гражданского подданства – «черноголовые». Запрещено самоназвание по прежним царствам и областям. Отменой всех прежних потомственных аристократических титулов Цинь Ши-хуан уравнял перед законом всех граждан империи. Он не сделал исключения и для своих сыновей и братьев, «низведя их до простолюдинов».

Чтобы застраховаться от заговоров знати завоёванных царств, масса её, по приказу Цинь Ши-хуана, была перебита, а их родственники проданы в рабство. Было проведено изъятие бронзового оружия у частных лиц, а железное оружие стало привилегией царских воинов. Введённая в империи Цинь монополия на железо гарантировала сохранение оружия в руках государства.[4]

Собственно, в результате этих преобразований и начинается описанный выше Н. Ставровым непримиримый конфликт Цинь Ши-хуана с конфуцианством, которое выступало за преемственность и непрерывность традиций. Подавляемая аристократия была недовольна новыми порядками, а идеологами аристократической оппозиции стали конфуцианцы.

В ответ на это в 213 г. до Р.Х. Цинь Ши-хуан приказал «изъять Песни и Предания, изречения всех учителей», т.е. повелел под страхом казни сжечь все частные бамбуковые книги, кроме трактатов по агрономии, математике и другим практическим знаниям (включая гадание). По всей стране сжигалась вся гуманитарная литература (кроме книг Шан Яна, заметим, т.к. именно его законы играют в этот период ведущую роль). Был издан указ, запрещающий критику правительства. Цинь Ши-хуан запретил частное обучение, введя только государственные школы.

Мавзолей Цинь Ши Хуан Ди в сегодняшнем Китае.

Расправы с инакомыслящими были исключительно жестоки, казнились десятки тысяч. Менее чем за 20 лет его правления поземельный налог, достиг 2/3 дохода земледельцев. Именно террором Цинь Ши-хуан разсчитывал сломить сопротивление аристократии. Непримиримость политического курса Цинь Ши-хуана для своего времени безпримерна, но она и стала залогом его феноменальных успехов, ибо за время своего недолгого правления он заложил основу китайской государственности на четыре века вперед. Более двух тысячелетий спустя точно такой же рывок и точно такими же методами сделает Советский Союз под управлением верного ленинца Сталина. Правда сила инерции будет куда меньше – по причине «невыбитости» до конца духовного христианского начала в Русском народе, которое, в итоге, всё-таки не дало совершенно восторжествовать плотскому материализму…

Источники сообщают, что после неоднократных покушений на свою жизнь Цинь Ши-хуан, страдая манией преследования, построил 37 сообщающихся дворцов, с тем, чтобы никто не знал, где именно проводит император данную ночь. И всё-таки Цинь Ши-хуан скоропостижно умер в 210 до Р.Х. от переутомления в возрасте 48 лет, не дождавшись окончания строительства собственного огромного подземного мавзолея… Как всё похоже на нашу недавнюю историю…

Поземное воинство Цинь Ши-хуана

В 1974 г. китайскими археологами был найден склеп, являвшийся частью гробницы Цинь Ши-хуана, содержавший глиняные фигуры воинов, конных и пеших, с полным вооружением. Эта шеститысячная армия должна была охранять гробницу императора…

Естественно, доведённый до крайности народ немедленно поднял антициньские возстания и уже в конце 207 г. до Р.Х. сын Цинь Ши-хуана сдался в плен популярному вождю народного возстания Лю Бану, бывшему деревенскому старосте.

В 202 г. Лю Бан, безродный деревенский мужик, объявил себя императором нового государства и династии – Хань…

Лю Бан. Китайский император в 202-195 до Р.Х., основатель династии Хань. Был деревенским старостой. Примкнул к начавшемуся в 209 г. возстанию против династии Цинь и в 206 объявил себя царём Хань.

Для полноты описания нашей темы стоит ещё заметить, что к книгам Шан Яна («Шан цзюнь шу») правители Китая постоянно прибегали и в последующих царствованиях. Они постоянно переписывались и комментировались, а первое печатное их издание было осуществлено уже в середине XIII века. В период династии Мин интерес правителей Китая к ним опять довлеющий. Потому можно без преувеличения говорить о том, что именно этот памятник в большой степени сформировал саму психологию правящего в Китае слоя.

При этом нам в XXI веке отнюдь не надо забывать о том, как Шан Ян учил правителя Китая относиться к войне: «Если страна бедна и в то же время направляет свои усилия на войну, то яд появляется в [стране] противника; [в такой стране] не будет шести паразитов[5], и она несомненно станет могущественной. Если страна богата и в то же время [ни с кем] не воюет, то яд появляется внутри [этой страны], рождаются шесть паразитов, и [страна], несомненно, ослабеет». Шан Ян прямо называет «совершенным человеком» того правителя, который может заставить «народ внутри государства заниматься земледелием, а вне царства помышлять о войне». Стоит запомнить…

Современные VIP-издания Книги Шан Яна

В заключение о Шан Яне необходимо сказать, что в современном маоистском Китае его образ трактуется безусловно положительно (!), как талантливого реформатора и чуть ли не «философа». Ему ставят памятники, он изображается противником аристократии и «радетелем за народ», борцом за централизацию государства (последнего, впрочем, не отнять). И представление о законах Шан Яна в современной китайской подаче выглядят очень примечательно, если сравнить их с оригиналом. Это может проверить любой, кто зайдёт на китайские русскоязычные ресурсы интернета, которых предостаточно.

Всё возвращается на круги своя…

Если говорить именно об экономической составляющей, то стоит привести мнение профессионалов. Авторитетный немецкий учёный Ф. Хейхельхейм описывал хозяйственную систему Древнего Востока как «патриархальный социализм». В работе «История экономики древних обществ» он писал: «Для исследователей, изучавших этот вопрос, не представляет секрета, что планируемая экономика и коллективизм нашей эпохи возвращают человека к условиям Древнего Востока. Наш мятущийся ХХ век связывает организацию государства, экономику, духовную жизнь – с древневосточными коллективистическими формами организации общества. Современные великие державы гораздо ближе, чем это осознают, к великим империям медного и бронзового веков. Всякий раз, как наши страны добиваются всестороннего контроля, возникает близкое подобие планируемой жизни под господством царей Месопотамии и Малой Азии, египетских фараонов, ранних индийских императоров и аналогичных форм правления. Духовные связи, соединявшие XIX столетие с классическим развитием Израиля, Греции, Рима, в гораздо большей степени, чем мы это осознаём уступили место возврату к древневосточным истокам»[6]. Хотя он прямо и не упоминает здесь Китай, но всё сказанное относится к Поднебесной полностью.

Один из памятников Шан Яну в КНР

Нас, правда, более интересует именно духовная суть этих режимов.

Святой епископ Варнава (Беляев) в своём дневнике за 1952 год писал:

«Сколько людей с давних пор, ещё со времени до явления Христа Спасителя, мечтало о том, чтобы возвратить потерянный рай, но чтобы он был не Божий, а их, собачий. Начиная ещё с Платона, все эти Фурье, Кампанеллы, Моры, Чернышевские мечтали построить такое идеальное государство, где не было бы неравенства, эксплуатации человека человеком (стандартное, теперь затёртое выражение) и проч.»[7] (выделено – А.М.)

В наше время «толерантности» ко всему и вся, в т.ч. к такому глубоко антихристианскому по порождению и сути явлению, как социализм, мало кто из духовных пастырей решится так честно назвать вещи своими именами, как блаженный еп. Варнава. На практике мы и теперь, после ликвидации внешних форм власти КПСС, не где-нибудь, а именно в церковной среде, порою можем услышать о социалистической системе весьма положительные отзывы. И в таких случаях непонятно: о чём меньшее и более превратное представление имеют такие люди – о христианстве или о социализме?

Приведём слова уже цитировавшегося нами Н. Ставрова:

«Представления о Социализме как о «самом передовом учении» есть не что иное, как соблазнительная и искусно сочинённая ложь, которой в ХХ веке, увы, поверили столь многие. Социализм и социальная справедливость отнюдь не синонимы, – хотя именно так людей приучали думать. Социальная справедливость должна присутствовать в любом человеческом сообществе – начиная с семьи – именно потому, что оно человеческое и потому, что каждый человек имеет совесть. Социализм – это система, где совесть упразднена, и государство предстаёт безжалостным владыкой душ и телес человеческих, всемогущим Левиафаном.

Социализм – объективно и на деле – является теорией подготовки и проведения революций, списком правил, которым надо следовать, чтобы захватить власть; философией государства, регламентирующего абсолютно всё в жизни каждого человека; это тотальный контроль и полное рабство. Социализм – это и технология абсолютной власти, сверхдиктатура и полное насилие над личностью и обществом, осуществлённое для создания нового человека, человека-животного, и нового общества – общества-стада.»[8]

Свт. Варнава (Беляев), еп. Васильсурский (фото 1921 г.)

Святыми отцами говорится, что «духовность создаёт себе формы». Это безусловно, и в наиважнейшей степени, касается власти. Одно из главных достижений лжи нашего времени состоит в утверждении о том, что религия сама по себе (личное, дескать, дело каждого), а власть – сама по себе. Это есть одно из важнейших заблуждений, тщательно поддерживаемое в общественном сознании всеми средствами массовой пропаганды, причём – любого политического лагеря. В этом отношении нынешнее общество (не РФ, а именно глобально) справедливо можно назвать «дезинформационным обществом». Ибо этот посыл очевидно является полным абсурдом: в случае бытовой обрядности – «дух творит себе форму», а в таком наиважнейшем деле, как сами формы власти в обществе – он, видишь ли, отсутствует, у него каникулы. Совершенно ясно, что подобное могли вбросить и закрепить в сознании народов именно те, кто хочет создать «формы» власти от такого «духа», которого лучше не афишировать…

Древний социализм, реализованный во власти китайских императоров или царей Шумера, был не просто демоническим в религиозной обрядности. Это и так ясно – что за «богам» они кланялись. Важно увидеть именно цельную картину власти: что именно повторяла эта система власти? Чему она была подобна?

А ответ лежит на поверхности. Князь мiра сего – есть именно абсолютный хозяин нашего материального мiра [«мiродержитель тьмы века сего» у ап. Павла (Еф. 6;12) в греческом подлиннике выглядит как «космократор» - досл. «владыка космоса»] после того, как Адам подпал под его власть после своего падения со всеми своими потомками. Так вот, власть этих земных «царей от мiра сего» – и Китая, и Шумер, и Египта – оказалась неким иконографическим подобием реальности падшего земного мiра, находящегося во власти сатаны. И наиважнейшее качество такого царства – поразительная степень личной несвободы, которая в огромной степени касалась всех членов данного общества, безо всякого изъятия, каковую свободу совершенно не обезпечивало даже личное богатство (вот она – главная разница с будущим капитализмом!). Да и таковое богатство не было ни гарантировано, ни существовало «само по себе». Оно в этих обществах гарантировалось только одним: встроенностью в систему власти и служением лично властителю. В остальном – была совершенно знакомая нам система социалистического распределения. Так, оставшиеся тексты Шумера совершенно ошеломили учёных историков той системой контроля над обществом и произведённым продуктом, которая была у них построена (см. Н. Ставрова).

Именно Христианство стало тем откровением о свободе, которое узнавала каждая ещё живая душа, которая «по природе своей христианка»[9]. Мы, выросшие в самом средоточии христианской культуры, – даже не можем себе представить сейчас, сколь новым и свежим было слово Евангелия в тогдашнем мiре. «Итак, стойте в свободе, которую даровал нам Христос…», «К свободе призваны вы, братия» (Гал. 5;1,13) и «Истина сделает вас свободными» (Иоан. 8;32) – вот та сила, которая 2 тысячелетия назад явилась в мiр спасительной альтернативой жутким социалистическим режимам Древнего Востока, идеи которых появятся вновь лишь у еретиков Возрождения и порождённых ими алхимиков, каббалистов и утопистов. Мрачная харя этих режимов дважды просовывалась позже в историю: в якобинском режиме и в вакханалии Парижской коммуны, пока не дождалась своего часа в 1917…

Посмею высказать предположение, что и в духовно-общественном смысле появление в мiре такого явления как Римская Империя – было неслучайным. Сформулированное в ней тогда «Римское право» (ставшее фундаментом современной юстиции), которое безусловно искало неких начал справедливости и гармонии, – в восточных магических цивилизациях было просто ненужным. Римское право было неким новым словом о человеке и его достоинстве, которого совершенно не знал мiр Древнего Востока. И это тоже было неким своеобразным общественно-государственным «предуготовлением» пришествия в мiр Христа Спасителя. Ибо для Церкви Христовой, её будущего вселенского торжества, – тоже были нужны впоследствии некоторые «формы», общественные и политические. Которые, в итоге, и оказались формой Православной Самодержавной Монархии, вышедшей из форм языческой Римской Империи достаточно гармонично. Очевидно, что эта форма не могла появиться из форм восточных царств, являвших собой вполне законченные общественно-государственные формы богопротивления, нацеленными, прежде всего, на полное порабощение человеческого духа.

Здесь надо оговориться: действительно, «естественные религии», т.е. – выдуманные совершенно конкретными людьми, порою имели в своих догматических формулировках некие высокие нравственные посылы. Этого ни в коем случае нельзя отрицать. Тот же Конфуций сформулировал практически дословно евангельское выражение, которое позже стало называться общим «золотым правилом» религий: «не делай другим того, чего не желаешь себе». Но необходимо ясно представлять, что эти высоконравственные места, как жемчужины в навозе, не имеют ни малейшего отношения к самой сути данных лжеучений и имеют своим происхождением принципиально иной источник.

Подобным формулировкам эти религии обязаны именно самому свойству человеческой души, хранящей остатки образа Божия в повреждённом падением Адама состоянии. Они – именно от глубин человеческой души, которая «по природе христианка». А никак не от суетных языческих или даже монотеистических лжеучений современных «мiровых религий», источником которых, всех без исключения, были бесы – падшие ангелы поднебесного мiра. И любой, кто ищет кусочки истины в этих религиях, или указывает на них, как на некоторый «источник нравственности» – находится в глубочайшей слепоте и обольщает христиан. И не только христиан: он также является и сознательным пособником вечной погибели самих несчастных последователей этих религий, т.к. подобным обласкиванием этих дьявольских порождений – позволяет и несчастным адептам этих ложных учений оставаться в самоуспокоенности о своей судьбе, весьма, увы, безперспективной…

Далее мы рассмотрим встречу китайской цивилизации с Христианством.

(Продолжение следует)

Примечания:

[1] Н.П. Ставров, «Вторая Мировая – Великая Отечественная», М., 2006, т. III, стр. 410-411.

[2] Там же, стр. 422-427

[3] Там же.

[4] Собственно, Древний Восток в этом довольно единодушен. Так и в Индии, в законах Ману, говорится: «порядок во всём мире поддерживается наказаниями», «наказание – это царь».

[5] В разных списках книги Шан Яна, переписываемых за 2,5 тысячелетия, приводится и разное количество «паразитов», от 6 до 10, порой к ним относится даже музыка, и т.д.

[6] F. Heichelcheim. An Ancient economic history. V.I. Leiden, 1958. Р. 99-100. (Цит. по: И.Р. Шафаревич. Социализм как явление мировой истории. Сочинения. Т. 1. М., 1994. С. 218.)

[7] Еп. Варнава (Беляев) «Записные книжки» 1950-1960, стр. 344.

[8] Н. Ставров, указ. соч., стр. 431-432.

[9] Тертуллиан, учитель Церкви нач. III века.

Комментарии

Комментарии не найдены ...
©® VeraPravaya.ru 2016 - 2018, создание портала - Vinchi Group & MySites
При копировании материалов ссылка на сайт обязательна
Яндекс.Метрика